Регистрация Авторизация В избранное
 
 
Премьеры на ТМДРадио
РОЖЬ
аудиоспектакль
Толстые Фет Тютчев Кольцов
Художественная галерея
Москва, Никольские ворота (0)
Москва, ул. Покровка (1)
Храм Покрова на Нерли (1)
Зимний вечер (0)
Псков (1)
Храм Христа Спасителя (0)
Лубянская площадь (1)
Собор Василия Блаженного (0)
Ивановская площадь Московского Кремля (0)
Зима (0)
Троице-Сергиева лавра (0)
Медведева пустынь (0)

«Смотри в окошко куцее и о любви мечтай» Евленья Виноградова

article644.jpg
Хожу по дому в валенках,
в окошечки смотрю.
Герани цветик аленький
расцвёл по февралю.
 
Ах, это чудо чудное, -
ведь подоконник - лёд!
Страдал, страдал простудою,
и вот он! Вот он! Вот!
 
На ножке выжил хиленькой, -
бывал не напоён.
А, всё ж, - весны будильник он!
Мы с ним перекуём
твой хмурый вид на радостный, -
пускай с утра невмочь,
пускай взбесился градусник
и непроглядна ночь.
 
Морозов экзекуции
с лица скорей сметай
Смотри в окошко куцее
и о любви мечтай.
 
 
***
 
В ореоле фонарном
снег по небу кометами
пролетает! Гусарно
на плечах эполетами
он ложится искристыми, -
ни стряхнуть, ни сберечь!
На серьгах с аметистами
будто тысячи свеч
зажигаются весело.
Эта ночь для бродяг...
Кружева поразвесили
дерева. Не в напряг
мне лопатой фанерною
снег грести из-под ног!
 
До чего ж я манерная…
сохрани меня, Бог.
 
 
***
 
- Довольно темнить, - мне отпущено счастье! -
вот мой образок,  вот святая вода,
вот мамин браслетик, - смотри на запястье!
Когда же монисто на свадьбу?!  Когда?
 
- Ну, хочешь, - пойдём в магазин за гитарой?
Ну, хочешь, - весь день простою под дождём.
Твой братец с отцом мне твердят: "Вы не пара!”
Ах, Лика,  давай до зимы подождём.
 
- А помнишь, беспечный ездок на дороге
просил обогреться весной у костра?
(Глаза проглядел на меня, - чуть не трогал!)-
У табора снова... не спит до утра…
 
... Сукна дорогого – сияют виньетки –
отброшен мундир... ( ту любовь не купить!)
“… Ну, вот и последняя в дело монетка, -
целковик к целковику, - чУдная нить!
В отставку… ну, что же, - с пустыми руками,..
со мною Господь… вдруг коса-то на камень?…
... К ногам её милым! Чудить так чудить!”
 
… Зосима - мой дед по отцу (ещё юный
служил он в Семёновском царском полку)
в Румынии – в  сказочном мире подлунном
во время войны  (повезло чудаку!)
по страсти диковинной, страсти великой
невесту добыл, -  раскрасавицу Лику…
…Звени же монисто моё и  ликуй!
 
 
***
 
Не стели мне постель головой на восток,
страшных сказов мне на ночь не сказывай.
С нестерпимою страстью поёт водосток, -
то частушкой, то африкой джазовой.
 
Ставень настежь родимый! Я к нему притулюсь,
Придышавшись к черёмушным куревам,
станет радость моя, как вразвалочку гусь,
вдоль берёзок  шуршащих разгуливать.
 
Изловлю я в ладошку тугую струю!
Защекочет ладошечку звонкая.
И тогда я ей песню свою запою,
Причитая и весело ойкая!
 
 
***
 
Снег прошёл. Похорошели
Лица у берёз.
Их вчера по голым шеям
Ветер бил до слёз.
Липы скинули на яркий
на воскресный шёлк
кисти - летние подарки.
...Снег прошёл...
 
 
***
 
По насту хрустящему в ясном бору
шагаем. В проталинах листья брусники
сияют нефритом. На самом юру,
где ветер и солнце... - Смотри, Вероника!
Ищи! Где-то дятел!... и прячет слезу, -
от ветра, наверно… наверно, от ветра...
Последних нарядов блестят на весу
последние перлы. В семи километрах
всего лишь от дома. Обувкам каюк! -
пинаем дернину в оранжевых иглах.
Упавшую шишку зачем-то жую,
а ноги сырые по самые икры.
Невидимый дятел нас просит смотреть
и слушать он просит нас. Браво же! Браво!
Мешок наш наполнен на целую треть,
и мох в нём холодный...
- Куда нам?
- Направо…
Смеёмся, добычу к дороге влечём.
Наш транспорт забрызган колёсами встречных.
У мамы такое девчачье плечо!
Вот так бы и шла рядом с мамою вечно.
 
 
***
 
Мама рядом и мне хорошо. Хорошо
сидеть и болтать ногами.
Шуршит берёза, газета... И в том небольшом
есть я, - такая близкая к маме!
 
На улице лето. Все двери настежь.
Их красили (помнишь?) медовой охрой...
Чего только нет там! Вглядишься, - счастье,
царапано ногтем на медленно сохлом.
 
...Настежь распахнуты в мамины ландыши
жёлтого домика глазоньки синие...
Том "Бесприданницы", в слезах Карандышев, -
его никто не помнит по имени...
 
Чёрные, белые дни, вы же - клавиши! -
милые, дрогнуть готовы от ветра...
Все двери настежь на дорогу до кладбища
с могилою от дороги в двух метрах...
 
 
***
 
Зимой с дороги подобрали пса –
несчастного, побитого щеночка.
Не мог идти - я на руках несла,
а рядом мило щебетала дочка
- Он будет дом у деда сторожить!
Он вырастет большим  и очень добрым!
…Ему б, бедняжке, до утра дожить…
- Он - Бим! Он – Бим! Написано на морде!
 
Средь нас он быстро начал оживать,
рос на глазах. И к лету волкодавом
огромным вымахал! - То всё бы пожевать,
то кошек мять, то гнать за самосвалом!
Ему бы жить с охотником в тайге,
на воле разминать большие лапы.
С такой-то шкурой по лихой пурге,
а не дремать на коврике под лампой!
 
Всё. Решено. Судьбу не искушать!
И подали в газету объявленье –
мол, так и так, откликнись, чья душа
возьмёт ответственность, заботу и... Волненье -
сожрут его голодные бомжи?!...-
Ведь он большой, не важно, что красивый.
Но вдруг на город хлынули дожди,
и Бима нашего, пропахнувшего псиной,
забрал мужик и денег заплатил,
в машину усадив под цвет "морено".
Пёс, озираясь, чуть не откусил
верёвку новую. Но всё-таки смиренно
поплёлся под пинком, и вдруг взглянул
на наши окна… Сколько ж было боли!
в глазах собачьих,..
... не готовых к воле...
 
 
***
 
Жаль, нету коромысла на плечах!
Под старину бревЕнчат сруб колодца.
Иду по воду, вёдрами бренча, -
уверенно, - с лицом землепроходца!
 
Мостки ведут от самого крыльца.
Сараи дремлют, двери на замочках.
Сдуваю прядь прилипшую с лица, -
так ненасытна и бездонна бочка!
 
 
***
 
Дорога к пилораме - это путь, -
не перемещение по карте!
Ворона, персть горластая, забудь
о том, что я бескрыла и не каркай!
 
Несу в себе надежду на прокорм,
гляжу под ноги, - на следы дворняжек.
Вот музыкалка, - раньше был горком, -
из окон какофонь. И в камуфляже
бегут кадеты к школе номер два, -
вослед детина с "беломорканалом", -
их подгоняет матом. ОВЕРДРАФТ
на баннере. Кредит не проканает!
 
Налево храм Прокопия. Казак -
Дежнёв Семён Иванович, отлитый
из серого металла. На рюкзак
присел турист помятый и небритый.
 
Вперёд через дорогу "райсполком", -
построенный давно и полукругом.
Он мне с красивой юности знаком...
а нынче здесь совсем с красивым туго.
 
А дальше городской безликий парк, -
ворота, слава богу, обновили.
Скользю! Скользю и падаю! Зима...
От нашей школы три морские мили.
 
За ним психушка, - окна в решето,
и занавесочка, как у меня на кухне.
Там делают всегда, но всё не то,
и санитарка от объедков пухнет.
 
Три раза повернулась вкруг себя, -
дорогу кошка чёрная, - зараза!
Вот морг. В нём труд-работу не любя,
патологоанатом жил в экстазе...
 
Больных в больнице нашей словно мух!
Рой пациентов дремлет под наркозом.
Там эМэРТэ для стариков, старух
лишь за бабло большое, - дальше розы...
 
Вот у роддома жарят колбасу,
бахилы синие гоняет грязный ветер.
С ребёнком баба вышла. Донесу...
её, пожалуй, только Путин встретит*.
 
Чуть ниже Мол.завод в речушку льёт
отходы белые с белёсыми червями.
А вот и пилорама, но чутьё
меня не подвело, - мужик чернявый
мне говорит:"Не трэба нам никто, -
все доски распилили до обеда."
Попуще запахну своё пальто.
Обратный путь, труби свою победу!
 
(* Всем известно, что "наша страна находится в ручном управлении."
Поясняю - только он решает все проблемы собственноручно)
 
 
***
 
Возможно, завтра я уйду...
в оранжевое воскресенье
по влажной роскоши осенней
продолжить странствий череду.
Прости меня, но я уйду.
 
В пути псаломщика мой хлеб.
Причетник из меня ни к чёрту.
Для исполненья светских треб?
Но сердце больше, чем аорта.
 
Я с головою в кутерьме,
(ещё вчера на день моложе).
Пленённый дух... он, как в тюрьме,
пороком дышит... Мне дороже
тавро (не Шеффилдская сталь), -
отметина небес отрадна.
Глядишь, и в розовый февраль,
достигнув цели - путь в три ада, -
достанем праздничный хрусталь.
Не жарь лишь дичь, и на  мясное
не ставь на стол в Святой Грааль
из жаворонков заливное.
 
 
***
 
Спилили берёзоньку, а на пенёк
поставили тазик дырявый с цветочками.
Берёзы не стало. Она не поёт,
упрямой не тянет листвы прямо в форточку.
Под форточкой роза ликуя сидит
в кастрюле проржа’вленной, тюлем сокрытая.
Она любит солнце и фикус-джигит
стоит на полу рядом - ноги в корыте. И
может он только на розу смотреть, -
капризную кралю в лиловых бубенчиках.
Берёзе пришлось ради них умереть.
... а в комнате платье с фатою на плечиках...
 
 
***
 
Дом большой и богатый,
да нарядный, как праздник.
В нём была я когда-то
гостем радостным, праздным.
Поливала герани
из ковша по привычке,
и читала на рани
толстый том по страничке.
В зеркалах отражалась,
пыль сметала у входа.
Были дни - к окнам жалась
со двора непогода.
Непогода пугала,
непогода манила.
А сердечко играло,
вспоминая о милом.
Милый был недалече,-
на пути прямоезжем.
И судьбе не переча -
только лучик забрезжил -
налегке, без помехи
в путь пустилась без грусти!
 
Милый мимо проехал...
Дом обратно не впустит...
 
 
***
 
"От смерти нет в саду заветных трав"
(АПТЕКАРЬ В.Орлов)
 
Отведи меня, улица, на  заглохший пустырь.
Там на травы невхожие, как стена в монастырь, -
жёлто-жухлые, вялые, под снега обречённые, -
упаду я усталая, октябрём удручённая.
Волновалась вопросами под цветущими вишнями:
прихожанка? послушница? непутёвая? лишняя?
А назад-то как хочется! Да, боюсь, не назад.
И во снах всё бормочется  про невиданный сад.
Льют там травы нетленные ту же самую песнь?
Мой пустырь, друг смиренный мой,
                может, сад этот есть?
 
 
***
 
Красивый,  румяный, в сиреневом -
за мной простодушно идёт.
И облако нежного времени
за нами послушно плывёт.
Такой он улыбчивый, вежливый,
весь в пуговках, - дай расстегнуть!
Прохожие чинные, где же вы?
Не пуганной парою в путь...
Он ждёт слов моих пригласительных,
и я приглашаю: пойдём -
в мой дом, в мой шалашик спасительный.
Минуем волшебный подъём.
Вот дом на углу с белой лайкою
проходим насквозь и в окно.
Так проще. Со спелою влагою
цветник на пути, и сукно -
в покоях отцовых - с фиалками...
лиловый их льнёт аромат...
 
Вдруг женщина (стукнуть бы палкою!)
берёт и уводит назад.
Уводит за спины автобусов...
Послушный сиреневый, мой -
уходит за красную полосу,
а так с ним хотелось домой!
 
Бегу, развеваются волосы, -
вот-вот отберу я добро!
Но женщина - ровным мне голосом:
"Он сделает только ребро..."
 
© Виноградова Е. Все права защищены.

К оглавлению...

Загрузка комментариев...

Ростов Великий (0)
Зима, Суздаль (0)
Москва, Новодевичий монастырь (0)
Ама (0)
Церковь Покрова Пресвятой Богородицы (0)
Храм Христа Спасителя (0)
Дмитровка (0)
Микулино Городище (0)
Суздаль (1)
Псков (1)
Яндекс.Метрика           Рейтинг@Mail.ru     
 
 
RadioCMS    InstantCMS