Регистрация Авторизация В избранное
 
 
ТМД-ОНЛАЙН!
ТМДАудиопроекты слушать онлайн
ПРЕМЬЕРЫ на ТМДРадио
Художественная галерея
Собор Василия Блаженного (0)
Михайло-Архангельский монастырь (1)
Церковь в Путинках (1)
Лубянская площадь (1)
Суздаль (1)
Микулино Городище (0)
Ярославль (0)
Зима, Суздаль (0)
Москва, Никольские ворота (0)
Зимний вечер (0)
Записки сумасшедшего (0)
Деревянное зодчество (0)

«Маринкин блюз, или От Блюдово до «блюдечка»» Алексей Курганов

article660.jpg
Содержание:
Блюдовская осень
Суета сует
Окский проспект
Размышления в пивной «Василёк» и около неё
Маринкин блюз
 
 
Блюдовская осень
 
Эпиграф:
- Болдинская осень
Плещется в окне.
Я стихи кропаю. -
Ну, а х.ули мне?
( Дмитрий Купревич)
 
Осень наступила.
Плещется в окне.
Я сижу, зеваю.
Ну, а х.ули мне?
 
Блюдово – деревня.
Родина моя.
Пять избёнок ветхих.
Больше – ни ху… ничего.
 
Вот он, край посконный!
Глушь да буерак.
Хрен сюда доедешь -
Выберешься КАК?
 
Мне чернил везите
И бумаги воз.
Я пишу поэму
Бывший про колхоз,
Что гремел надОем,
Урожаем реп.
В ём быки ревели,
Колосился хлеП.
 
Щас же – хер на лавке.
Нету ничего.
Ток и остаётся 
Взяться за перо.
 
Описать былое,
Восхититься вглядь.
Эх, ты, жизнь-копейка!
Ты не жизнь, а бл…  в общем, нехорошая женщина. Совершенно. Отвратительная прямо. Я прям весь трясусь от возмущения. И недопития алкогольного напитка повышенной крепости.
 
 
Суета сует
 
Собака выла у забора.
Валялся  дохлый воробей.
Орали кошки в переулке.
По рельсам ехал паровоз.
 
Я крепко спал, нажравшись каши.
А каша - с маслом просянЫм.
В том масле – масса витаминов,
И жирность в нём, конечно, есть.
 
К чему всё это? К расставанью.
А может, к счастью и любви.
Кто может знать судьбы верченье?
Судьба не тот же паровоз,
Что катит заданно по рельсам,
Свернуть не может никуда.
Хотя судьба себе не вОльна,
В ней тоже суета сует…
 
 
Окский проспект (рапсодия воспоминаний)
 
Эпиграфы:
- Хлеба к обеду в меру бери!
Хлеб – драгоценность. Им не сори!
( из плаката, висевшего над раздаточной в столовой «Ока»)
 
Часть первая. «От» и «до»
 
От привокзальной площади
До берега до окского
Пешком всего за полчаса
( Плюс-минус пять минут).
Иду проспектом Окским я,
Башкой верчу по стОронам.
Привет воспоминаниям!
Теплеет на душе.
 
Вот здесь была столовая.
«Окою» называлася.
Сюда ходили часто мы,
Здесь пили « Акстафу».
Закусывали здешними
Закусками нехитрыми.
То щам со свининою,
То с свЁклой винегрет.
 
 
А за «Окою» - лавочка.
Там тоже распиваючи.
Та алко-голи-зация
Сегодня ровно как
Забытое, но славное
Занятие игривое.
Опять воспоминания.
Опять пирамидон.
 
Да! Аптека номер восемь!
( Здесь, за лавкой. Я забыл.)
Та аптека – кладезь жизни.
Масса средств для жизни сил.
 
В ней бывало много разных,
Восхитительных лекарств.
Если сразу их проглотишь -
Стопроцентно двинешь конь!
 
«Книжный мир». Такой магАзин.
Да,  бывал. А как не быть!
Паустовский, Достоевский,
БабаЕвский… Красота!
 
Книжка вот. А на обложке
Грозный дядька с топором
То ли урка, то ль голубчик,
Что зовётся «дровосек».
 
А за этими – другие.
Сам им чёрт не брат, не сват! 
Том поэзии удмуртской.
Том поэзии калмыцкой.
Том поэзии нанайской.
Все в продаже – нарасхват (Шутка).
 
Маршак, Барто, Цветаева,
( Сейчас тома в пыли)
«Земля» конечно, «малая»,
( Куда же без земли!)
 
А вот и иностранщина:
Бальзак отмопассаненный,
ВиктОр с какой-то матерью.
Альфонс – и тот Доде.
А рядом – посвящение
Какому-то стахановцу,
Чей взгляд внушит уверенность
В Альфонса бороде!
 
Чуть дальше, за акацией –
Спортивности веселие.
Тут стадион прелестнейший.
Спортсмены мощно в ряд
В забегах соревнуются
И пОтом умываются.
Ре6ята все спортивные!
В спортивных все трусах!
 
И дефьки. Нет, не голые!
Со с вёслами с грибучими.
И  в майках соблазнительных,
За сиськи пощипать.
Но здесь щипать не велено.
Рекорды здесь. И каждая
Спортсменка рекордсменская
Быть может завтра МАТЬ!
 
А вот, за той дорогою,
МагАзин. Звать - «Аквариум».
Поскольку огромадные
В ём стекла у витрин.
Концервы калорийные,
Тушёнка здесь говяжия.
И пряники медовые,
И рыба вида хек.
 
Напротив – парк с эстрадою,
Где молодёжь танцуется
И кулаками машется
Забавы зверской для!
 
И дефьки (не спортивные!).
И парни сплошь стиляжные.
ДжинсА американская
Здесь в моде и цене.
 
Но песня льётся славная
Словами в разнобой.
И ноги сами пляшутся,
Мотая головой:
«Ты – рыбачка, я – моряк.
Он – пастух и краковяк.
А вот этот, под забором,
Называется чудак!».
 
 
Часть вторая. В том  числе, о цэрэу
 
Парк прошли - библиотека
И завод тяжёл. станков.
Сокращённо – ЗэТээСий.
В эсэсэрЕ он гремел! 
 
А вот здесь – «почтовый ящик»
Под названьем КаБээМ.
Здесь секреты на секрете
Оборонные (молчать!).
 
Слаще мёда для шпиёнов
Сей загадочный объект.
Только хрен вам всем по морде, 
Господа из цэрэу!
 
КаБээМ – защита мира!
КаБээМ – геройства стать!
Вы, шпиёны, не надейтесь!
Враз покажем кузькин мать!
Оборону укрепляя,
Мы не спим, едрёна вошь!
Каждый здесь - как пограничник.
На блюстителя похож!
 
 
Часть третья. Всё. Теперь портки снимаю…
 
Всё. Пришёл. Конец прогулке.
Парапет. Речная гладь.
Я портки снимаю быстро 
И ныряю в благодать.
 
Здравствуй, рыба! 
Здравствуй птица!
Здравствуй милая река!
Не видала ты такого
Стихоплёта-чудака!
 
Щас обмоюсь, окунаясь.
Наплескаюсь от души.
Хороши Оки просторы!
Дефьки тоже хороши!
 
 
Посткриптум.
Пояснения и примечания:
«Акстафа» - марка портвейна;
КаБээМ – предприятие оборонно-промышленного комплекса, из за которого Коломна долгое время была т.н. «закрытым городом» (сейчас НЕ закрытый. Чего закрывать-то? Накой?).
 
 
Размышления в пивной «Василёк» и около неё
 
Портвейн не повод для свиданий,
Но есть в портвейне тонкий смысл.
И этот смысл – в сомненьи мнений,
В игре душевности. Когда
Струя живительнейшей влаги
Стремится в грАненый стакан.
Она ж не просто наполняет
Стеклянной ёмкости сосуд!
 
О, нет! Струя стремит к величью
Идей, сомнений, взлёта тем,
Что обсуждаются эстетно
За сим замызганным столом,
В пивнушке славной, что зовётся
Премилым словом «Василёк».
Цветок невинный – символ жизни.
Струёй омытый поутру.
 
Да, есть и прозы удрученье!
Унынье здешних славных мест!
Вот вышел Из двери мужчина,
Свернул за угол за пивной.
И озираючись пугливо, 
Достал с порток мужчинский член,
Мочою начал лить на стену,
Всё орошая здесь вокруг.
 
За что? Накой? Скажи, мужчина!
Я понимаю: хотца сцать.
Но отчего же не подальше,
Хотя бы в те же вон кусты,
Где  коши бегают, шныряя.
Помойки где зловонный дух.
Излейся там струёю звонкой !
Хоть всё на свете обосцы!
 
Ты покраснел. Сие внушает,
Что не потерян для людей.
Что совесть есть в твоём сознаньи,
Что здесь не будешь больше сцать.
 
Иди теперь. И мозгом думай.
Мозги для мыслей нам даны.
Для осмысления процессов,
Происходящих в организм. 
 
А я вернусь назад в пивную.
Там ждёт недОпитый стакан.
И на столе ещё остался
Надкусан сбоку пирожок…
 
Пояснение:
Пивная «Три поросёнка» - питейное заведение, расположение недалеко от железнодорожной станции «Коломна» в подмосковной Коломне, пользующееся у выпивающей публики устойчивой многолетней популярностью
 
 
Маринкин блюз
 
Эпиграфы:
- Марина Мнишек (Mniszech) (около 1588 — около 1614) — русская[en] царица, политическая авантюристка, дочь польского магната Ежи (Юрия) Мнишека; жена Лжедмитрия I и Лжедмитрия II.  –
( из биографического справочника) 
 
-Он говорит с одной моей Мариной,
Мариною одною занят он...
А дело-то на свадьбу страх похоже;
Ну — думал ты, признайся, Вишневецкий,
Что дочь моя царицей будет? а? –
( Пушкин, «Борис Годунов»)
 
Тот давний век был строг и мрачен,
Блудлив и на расправу скор.
И бОшки в стороны летели,
И кровью пел палач-топор.
 
Злой рок вершил скрещенье судеб.
От Смуты – смрад. Над Смутой - ночь.
И появилась ниоткуда
Марина-дева, Юрья дочь.
 
Лже-Дмитрий мял полячки сиськи.
А что ж ему за них не мять?
Она ж желала в трон на царство.
Надменна шляхетская стать,
Чтоб стать российскою царицей!
Но жЁсток тЁрновый венец!
Не получилось, не сложилось.
Исчезла Смута, наконец!
 
И заточили панну в башню,
В Коломне башня, у реки.
Там гуси плавали в затоне
И пили брагу мужики.
Маринка ж сверху в них смотрела.
Жевала бублик иль калач.
Обидно: столько сил имела,
А вот теперь стони и плачь!
 
Ночами ж чёрною вороной
Она взмывала  в неба высь.
Кружила коршуном над тьмою,
Парила  в облаке орлом.
Кукушкой глупой надрывалась,
Творя с небес своё «ку-ку».
В то время как Отрепьев Гришка
Сгнивал в верёвке на суку.
 
Заруцкий мёртв. И сын повешен. 
И папа Римский к стонам глух.
Бредёт по берегу корова,
За ней с кнутом бредёт пастух.
Зачем и жить, коль не сложилось?
Чего жалеть, коль не сбылось?
Вороной ты оборотилась –
И растворилась пёсья кость,
Что нагадала ей цыганка
В пути из Новгорода в Тверь.
Исчезло всё в зловещем мраке,
И нет счисления потерь…
 
Пройдут года, и башню эту
В Коломне станут странно звать
В честь неудачной аферистки,
Которой не случилось стать
России бойкою царицей.
Судьба  и время! Жарок лёд!
А по Москва-реке неспешно
Плывёт красивый пароход,
И в верхней палубе мужчина
Танцует с дамой страстный блюз.
Сидит ворона на заборе,
Клюёт заношенный картуз,
Забытый выпившим гулякой.
Он рядом спит. Он так устал!
Его ширинка расстегнулась,
И из неё торчит нахал.
 
А блюз звучит, и пара – тОмна.
А блюз тосклив. И полон грёз.
Ветра над башнею гуляют
Иссохшей влагой давних слёз.
 
Давно народу безразличны
И тьма веков, и подлость Смут.
И ту поляну, что у башни,
Безлико «блюдечком» зовут. 
 
© Курганов А.Н. Все права защищены.

К оглавлению...

Загрузка комментариев...

Храм Христа Спасителя (0)
Собор Василия Блаженного (0)
Ростов Великий (0)
Михайло-Архангельский монастырь (1)
Церковь Покрова Пресвятой Богородицы (0)
Медведева пустынь (0)
Загорск (1)
Ростов (1)
Зимний вечер (0)
Троице-Сергиева лавра (0)
Яндекс.Метрика           Рейтинг@Mail.ru     
 
 
RadioCMS    InstantCMS