ТМД-ОНЛАЙН!
ТМДАудиопроекты слушать онлайн
ПРЕМЬЕРЫ на ТМДРадио
Художественная галерея
Москва, ВДНХ (0)
Москва, Ленинградское ш. (0)
Беломорск (0)
Троицкий остров на Муезере (0)
Псков (1)
Беломорск (0)
Москва, Центр (0)
Беломорск (0)
Москва, Фестивальная (0)
Троицкий остров на Муезере (0)
Этюд 2 (0)
Беломорск (0)
Беломорск (0)
Москва, Беломорская 20 (0)
Верхняя Масловка (0)
Катуар (0)
Троицкий остров на Муезере (0)
Москва, ВДНХ (0)

«Птица Обломинго» ДЕТИЩЕ (женский вопль на три голоса) Ирина Егорова, Наталия Жукова

article140.jpg
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Наташа, она же Натахер – 13 лет
Мама – 43 лет
Бабушка – 73 лет
Маша – подруга Наташи – 13 лет
Выползень – знакомый Наташи по Интернету 15 лет
Медработница – бывалая женщина неопределённого возраста.
 
1 АКТ. 
Картина 1.
СУРОВЫЕ БУДНИ.
Обычная квартира российской семьи среднего достатка. 
Наташа сидит в комнате за компьютером.
Бабушка (заглядывая в комнату). Наташа! Ну, нельзя же целый день сидеть, скрючившись, в Интернете! Ведь у тебя уже спина круглая, лопатки горбом торчат. Сходи хоть в магазин, пока не закрылся!
Наташа (не отрываясь от компьютера). Не могу я ходить в магазин! 
Бабушка. Почему?
Наташа. Я только что волосы распрямила. 
Бабушка. Ну и что?
Наташа. А там сейчас воздух мокрый после дождя, у меня от этого волосы закручиваются. 
Бабушка. Так хорошо!
Наташа. Я с вьющимися волосами, как «гламурница». Фу, противно! Не пойду!
Бабушка. Мама приходит уставшая…
Наташа. …Я не могу ходить одна. Все продавщицы на меня смотрят зверем… так, как будто я девочка-даун… или чего-то им должна. И вообще, я не мо-гу-у-у! 
Бабушка. Хоть бы что-нибудь по дому сделала. 
Наташа. Ничего, «накопИцца – само отвалИцца!». У меня голова болит.
Бабушка. Конечно, заболит, если столько торчать у компьютера.
Наташа. Ба! Не грузи меня. Я хочу музыку послушать... и пообщаться с друзьями в «аське».
Приходит мама. Раздевается в прихожей, тащит полные сумки на кухню.
Мама. Уф! Умоталась в усмерть… (садится) двигаю по квартире тапочки, как лыжница...
Бабушка (заходя на кухню). Ну, вот… а девчонка даже не поможет… Уроков не делает.
Наташа (появляясь на кухне). Нет! Меня никто не понимает! Ну почему сразу нужно делать уроки или мыть посуду? 
Мама (расчищает место на столе, чтобы выгрузить продукты из сумок). Наташа!.. Какое – сразу? Сколько часов ты уже дома? А я устала так, что хочется не расслабиться, а распасться на атомы… В доме, как всегда – бедлам, грязища…
Наташа. А почему бабушка не может помыть посуду? Она всё равно целый день дома. Что ей ещё делать?
Мама. Во-первых, бабушке есть, что делать. И потом, ей стоять тяжело, ноги болят.
Бабушка. Вон, даже бельё глажу сидя.
Наташа. Чего вы все ко мне пристали! Неужели не можете оставить меня в покое? 
Мама. Ну, начинается… Что вам на завтра задали? 
Наташа. Я вообще не хочу ходить в школу – меня там все чмырЯт, игнОрят, уверены, что я одна во всём виновата…
Мама. Конечно! Заставляют, изверги, бедную девочку ходить в школу и делать уроки! А у неё, несчастной, тем временем,  всё щёлкает, болит, тошнит и отваливается.  
Бабушка. Наташа! Я бы тебе могла помочь по математике.  
Мама. Не у всех, между прочим, бабушки – кандидаты наук.
Наташа. НеДт!!! Я не буду сейчас делать алгебру!!!
Бабушка. А когда же?
Наташа (кричит). Не буду!!! Я не могу-уу-у!!!
Мама. Не ори на бабушку! Мамочка, не надо ей ничего объяснять! 
Наташа (кричит). Ну, конечно! Опять я виновата!!
Бабушка. Не кричи на маму. 
Наташа. Я не кричу!!! Это вы на меня кричите! Вы меня не понимаете!!!
Мама (садится, обессиленная). Ну почему нельзя меня куда-нибудь на необитаемый остров?.. 
Звонит телефон, бабушка  берёт трубку.
Бабушка. Алло! (Очень недовольна, передаёт трубку маме.)
Мама (в трубку). Алло!.. да, я… Ну, как тебе сказать… – ПОЛУживая… Я знаю, ты звонил на мобильник… но мне в тот момент просто нечем было его вытащить… 
Бабушка. О! Снова ему неймётся…
Мама. Слушай, Лёшенька, прости, я сегодня не в силах… Да, опять… Так я только-только доползла… а тут опять полный дом проблем… Ну, вот такая я у тебя – проблемная… Я тоже хочу… Это радует… Если очень хочешь – потерпи… и я целую. Пока.   (Вешает трубку.) Мм-да… А  жизнь проходит…
Наташа. Конечно, тебе пофиг на ребёнка! Тебе только твой Лёша… твои отчёты, семинары, студенты, совещания…
Все трое с трудом сдерживаются.
Мама. Да! «Пофиг!» Именно! Это же не я таскаю тебя по врачам, которые ничего у тебя не находят! Это же не я работаю с утра до ночи и с ночи до утра. Это же не я каждый день сумки волоку – аж руки до земли! 
Наташа. Да! Да! Блин! Вот такая я плохая! Я тоже, между прочим, иногда вместе с тобой сумки волоку. А если я вам всем так не нравлюсь, я могу… вообще уйти!
Уходит в комнату, хлопнув дверью. Мама с бабушкой переглядываются.
Бабушка. Ещё и Лёша этот… вечно он звонит не вовремя!
Мама. Просто у всех людей хоть когда-то бывает время на личную жизнь, а у меня всегда находятся дела поважнее.
Бабушка. Какая личная жизнь? У тебя дочь растёт. Ею нужно заниматься. 
Мама. Но я тоже пока ещё живая. Когда-то можно подумать и о себе?
Бабушка. Мне тоже когда-то хотелось подумать о себе, только не очень-то ты мне это позволила. 
Мама. Ой! Если я в детстве была глупой, что же теперь – всю жизнь наступать себе на горло?
Бабушка. Ну, я же наступила.
Мама. И зачем? Могла бы… 
Бабушка.  Да? А тогда ты говорила другое: «Я не хочу, чтобы с нами жил чужой дядька! Нет!! Нет!! И нет!!!».
Мама. Извини, но тогда взрослой была ты. И не надо делать меня крайней! Что бы я там ни вякала, это было твоё решение… (пауза, потом, не удержавшись) и за то, что я сейчас без мужа – тоже тебе спасибо! 
Бабушка. Это с какой же стати?
Мама. Да с такой, что это ты его выгнала из дому.
Бабушка. Правильно – зачем мне нужна его пьяная морда?
Мама. Но, может, эта морда была нужна мне? Ты как-то забыла спросить. И потом, эта морда – Наташкиного папы… К тому же пьяным он был далеко не всегда.
Бабушка. Ну и иди, вешайся на шею своему алкашу.
Мама. Во-первых, он не алкаш. А во вторых, сейчас это уже не важно.
Бабушка (всхлипывает). Я больше так не могу. Лучше мне уйти в дом престарелых! (Уходит в свою комнату.)
Мама (роняет голову на руки). А-а-а-а!..  Закрыться на учёт… оглохнуть… онеметь… бежать!!!  …только – куда… куда из этого убежишь? А-а-а… (Вытаскивает всё из сумок, наполняет холодильник.)  
В комнате Наташа пишет в компьютерном дневнике и проборматывает. 
Наташа. ЫыЫыЫыЫы=(((((((
Настроение сейчас - ЫыЫЫыЫЫ!!!!!!!
Девочка врубает музыку. 
 
Картина 2. 
ПЕРЕМИРИЕ. 
Мама продолжает сидеть на кухне.
Мама (у неё нет сил встать, кричит слабым голосом). А можно потише?.. И может быть, всё-таки поужинаем вместе? Я объявляю перемирие! Слышите?! А?
Сначала девочка, а чуть позже бабушка, разобиженные, возвращаются на кухню, садятся за стол.
Мама (дочке тихонько). У меня только одна просьба. Не кричи на бабушку. Пожалуйста.
Наташа. Мама! Почему никто не хочет понять? У меня переходный возраст!
Мама. А у бабушки – не переходный? А у меня? Вопрос только в том, кто и куда переходит.
Наташа. Но про подростков же во всех книжках написано! Ты бы хоть почитала.
Мама. Я не только читала, я и писала! У подростков всё впервые… и, что бы ни случилось, кажется – всё! Конец света!.. всё на острие… – сейчас или никогда!
Наташа. Да!
Мама. Да. Потому что ты превращаешься из ребёнка – в девушку. 
Наташа. Ну, да!
Мама. А я сейчас превращаюсь из молодой женщины – в… такую, про которую говорят: «Ну, она уже с ярмарки!..». И, между прочим, со мной это тоже – впервые. А мне ещё счастья хочется… хочется любить… быть любимой… только почему-то нужно привыкать, что на улице мужчины оборачиваются уже… не в мою сторону. И знаешь, мне это тоже… не так-то просто… особенно если учесть, что папы твоего нет рядом… 
Бабушка (заходит, усаживается за стол). Ну, знаете! Мне бы ваши заботы! Я так вообще перехожу – из класса крепких, здоровых пенсионерок в разряд старушек с букетом болячек. Что ни день – новая! И каждая – впервые! 
Наташа (обескуражена). Но вы же… Но у вас-то всё уже было!
Мама. Ну, я надеюсь, пока ещё не всё… Просто мы научились держать удар, что ли…
Наташа. Правильно! А я ещё не научилась.
Мама. Так учись! Имеет смысл. У тебя-то переходный возраст – в юность, в молодость, в первую любовь, в замужество, в материнство… А у нас с бабушкой – …?.. 
Бабушка (примиртельно). Ладно, не будем о грустном. Мы ещё повоюем!
Мама. Мамочка, я вот думаю: а может, тебе съездить в санаторий, отдохнуть хоть немножко. Тебе же предлагали бесплатную путёвку.
Бабушка. Ну конечно! А вы тут – как же?.. 
Мама. Мы справимся как-нибудь. Тебе ведь действительно нужно разрядиться, отвлечься… А мне – Наташка пускай помогает... 
Наташа. Да ладно, чего там! Могу и помочь… Как нефиг делать.
Мама. Заодно и почувствует, как это – без бабушки.
Бабушка (слегка обиженно). Даже не знаю. Я подумаю. Надо будет всё выяснить… Я тут статью хотела тебе показать…
Мама (в изнеможении). Мамочка, хорошо… только можно – не сегодня?.. Пожалуйста!
 
Картина 3.
ВОСКРЕСНОЕ УТРО – ВДВОЁМ.
Дома мама готовит завтрак, дочка, потягиваясь, появляется на кухне.
Мама. Как там наша бабушка?.. Среди ёлок гуляет, воздухом дышит… 
Наташа. Ма! А ты сейчас куда-нибудь уходишь? Выходной, всё таки… у нормальных людей.
Мама. Не поверишь…
Наташа. Что?
Мама. В ближайшие два с половиной часа – ни за какие сокровища!
Наташа. Вот это да!  Так не бывает.
Мама. И тем не менее. Я поздравляю всех присутствующих!.. (Ставит всё на стол.) Кушать подано.
Завтракают.
Наташа. Мать!
Мама. А?
Наташа. А почему все говорят: «мать-перемать», и никто не говорит: «отец-переотец»?
Мама. А ты возьми да попробуй. Все, кто попробовали, уже знают ответ на этот вопрос.
Наташа. Поняла.
Мама. Догадливая.
Наташа. Мать! Ты у меня настоящая перемать!
Мама. Ну, спасибо за высокое доверие. Что вам на завтра задали?
Наташа. А х з.
Мама.  В каком смысле?
Наташа. В смысле: а хто его знает.
Мама. М-да. А ты в курсе, как в былые времена разговаривали с матерями?
Наташа. И как?
Мама. Почтительно – на «Вы» – «матушка»! Ясно? (Дочка кивает.) Ну, ладно, так что задали?
Наташа. А х з… (ловит мамин взгляд) матушка!
Мама. Перематушка!..
Наташа (позавтракала, выходит из-за стола, чмокает маму). Спасибо, ты просто – Материя! Перематерия. 
Девочка хватает пакет чипсов, волочёт в свою комнату.
Мама. Ты куда это потащила? Опять свинство устраивать? А убирать кто будет?
Наташа. Мамуля, я потом уберу.
Мама. Интересно, когда же наступит это светлое «потом»?
Девочка садится за компьютер, хрустит чипсами и что-то активно пишет, бормочет.
Наташа. Мдям… Вчера меня какая-то тётка на улице перепутала с маминой подругой... млин... старею...
Мама (заходя в комнату с пылесосом, заглянув в компьютер из-за плеча). А может, это я молодею?
Наташа. Прости, я как-то не подумала.
Мама. А вообще-то – невредно.
Наташа. Чего?
Мама. Думать. Иногда. (Звук пришедшего сообщения: «А-а!») Отлепись от компьютера и сделай хоть что-нибудь… общественно полезное!
Наташа. Например?
Мама. Вынеси мусор, вымой посуду, убери у себя. Уроки сделай, наконец, чтобы я проверила!.. И, птица моя, шевелись поскорее… жизнь проходит!
Наташа. Не, у меня голова болит. И потом… ма, ну, чего дёргаться?.. Выходной!
Мама. А я вот сегодня надеюсь ещё многое успеть.
Наташа (насупилась). К Лёше своему намылилась?
Мама. Сначала я намылилась (обводит руками беспорядок в квартире) – «намолоть кофе на семь недель, посадить розы под окном, познать самоё себя». Потом пойти немножко поработать от зари до зари… остальное пока – мечты, мечты… (Где-то мяукает кошка.) Пойди, глянь, чего это она? Может, есть хочет.
Наташа (не отрываясь от компа). Нет! Она просто считает, что «Мяу», а я с ней категорически не согласна.
Мама. Ты не любишь бедное животное.
Наташа. Я как раз люблю, и поэтому уже накормила. Мама! Подожди, пожалуйста… я тут, в «аське» с одним парнем познакомилась… он жутко на Курта Кобейна похож. 
Мама. Как зовут?
Наташа. Выползень.
Мама. Это же надо – какая фантазия у родителей!
Наташа. Ма, не тупи! Это – ник.
Мама. Жалко, а то я уже размечталась – как его, к примеру, по имени отчеству звать: Выползень… Олегович, скажем! А ещё лучше – детей его – по отчеству! Например – Максим Выползневич!
Наташа (смеётся). Ладно, мать… Чего б такое у него спросить? 
Мама. Ну… спроси: есть ли жизнь на Марсе?
Наташа (пишет в комп). Хм… Ага… Я спросила…
Мама. А он?
Наташа. Погодь! Думает. (Звук пришедшего сообщения: «А-а!» Читает.) У-у! Целый трактат настрочил… ага-да… видно, какая-то жизнь на Марсе всё же есть. А теперь чего?.. 
Мама. Теперь спроси: а на Сникерсе? 
Наташа. Шикарно! (Пишет. Звук: «А-а!»). Заценил! «Бу-го-га, – говорит, – жжош!» Слушай, матерь! Он тут недалеко живёт, предлагает встретиться.
Мама. О! О! Навострилась! Ты хоть покобенься немного. Помнишь главную заповедь для девушки? 
«Храня таинственность девичью, 
Будь не охотником, а дичью!»
Наташа. Так это же он просит встретиться! Значит, я – правильная дичь!
Мама. Так ты – неинтересная дичь! Сразу – раз и готова… Ты сначала всё сделай, а уж потом намыливайся…
Наташа. Ну, пожалуйста, мамулечка, я всё-всё сделаю!!! Только чуть-чуть прогуляюсь. Я не надолго.
Мама. У тебя же голова болит.
Наташа. Так я её и проветрю! Мамуль, я всё выучу, уберу, съем!.. И больше никогда не буду кричать. Честно. (Аж подпрыгивает от нетерпения.)
Мама (после колебания). Тьфу на тебя!.. Ладно, детище! Но чтобы через полтора часа была дома. 
Наташа. Ур-ра!!! Мать! Ты – лучшая! Кайф, я как раз кеды просушила и раскрасила. (Показывает.)
Мама. Ты с ума сошла – какие кеды? Там снег на улице. Понимаешь? 
Наташа. А меня так прёт! 
Мама. В каком смысле?
Наташа. Ма, ладно, я две пары толстых носок надену… всё будет хорошо, забей!
Мама. Кого забить? Это что – результат матча: «ничто не забито, никто не забит»?
Наташа. Да нет, всё… забей на это!
Мама. Какой интересный оборот русской речи: «забей на…»!
Наташа. Короче. ИМХО: кеды – это самая лучшая обувь!
Мама. Что значит ИМХО? Переведи.
Наташа. Ну… это приблизительно так: Имею Мнение – Хрен Оспоришь!
Мама. Я не понимаю, для чего тебе папа купил тёплую куртку и сапоги? 
Наташа. Мама, я не виновата, что папа покупает то, что нравится ему. А когда я показываю, что нравится мне, он говорит, что в этом я буду выглядеть, как девочка из подворотни. Я не понимаю, почему бы ему просто не дать мне денег, чтобы я оделась так, как считаю нужным… (Девочка проворно надевает кеды.) 
Мама. Всё! Если ты заболеешь, я выброшу твои кеды в мусоропровод.
Наташа (одевается перед зеркалом). Придётся не заболеть. Какая я толстая! Это кошмар. Как жить на свете с такой задницей? Всё, с едой надо завязывать.
Мама. Я тебе завяжу! Дурища! Да ты – красавица. Всем бы такую задницу. Шапку надень.
Наташа. На задницу?
Мама (пытается напялить на неё шапку). На башку, бестолочь!
Наташа (скривив морду, уклоняется). Ма!! Ты с ума сошла! Какая шапка?
Мама. Ну, хотя бы шарф.
Наташа. Я согласна надеть только один шарф, но ты мне его не купила.
Мама. Какой это?
Наташа. Такой… Как кишка… кишечный  такой шарфик…
Мама. Да, не купила. У меня не было денег на этот желудочно-кишечный шарф!
Наташа. Ну, тогда я буду ходить с босой шеей.
Мама. Что же ты себя так не любишь?
Наташа. А что делать… (вздохнув) сердцу не прикажешь!  
Мама. Дурында!.. (Чмокает девчонку.) Ключи, мобильник взяла?
Наташа. Взяла.
Мама. Смотри, недолго! Лучше всего, вернись до моего ухода. Если разминемся, то когда вернусь, чтобы ты все уроки сделала, убрала у себя и поела! 
Наташа. Окей! Если будет лень готовить – в крайнем случае, съем кошку. Чмафф! (Чмокает маму, убегает.)
Мама (вздыхает ей вслед). О-ох… Детище ты моё!..  
 
Картина 4.
ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА
Наташа с Выползнем сидят на лавочке над обрывом. Выползень поглядел на Наташу долгим взглядом, допил свою  бутылку пива, забросил её подальше.
Наташа (предлагая свою бутылку). М?
Выползень (кивает головой). М-гу. (Отпивает, протягивает обратно.) А?
Наташа. Ага. 
Пьют бутылку пива на двоих, передавая её друг другу, ведя шутливый диалог по поводу пива, друг друга и окружающего пейзажа –  нечленораздельными звуками.
Выползень. О!!!
Наташа. Э-э!!
Выползень. А-а-а?
Наташа. У-у-у!
Выползень. Ы-ы-ы!
Наташа. Э-а!
Выползень. Ага! (Подсаживается поближе.)
Наташа. Смори… паром по воде ползает – туда-сюда, туда-сюда…
Выползень. Ага…
Наташа. Во, мечется… (Где-то мяукает кошка.) А у меня тоже дома кошка – Аськой зовут.
Выползень. А у меня собака – Симка… прикольно! (Молчание. Выползень подсаживается так, чтобы, удобно было, как бы невзначай, обнять Наташу. Звонок мобильника. Оба вздрагивают, отдаляются.)
Наташа. Алло!.. чего по лит-ре задали?... ты чё, тормознутая? Откуда ж я знаю – я же болела…  слушай, я тебе потом перезвоню… сейчас не могу… Ага! Уроки!.. (Отключает мобильник.) Я вчера ходила со своим классом на диспансеризацию. Кода зрение проверяли, мне все буквы на таблице казались буквами Ы. Мне из-за этого какие то капли прописали и сказали, что очки надо носить.
Выползень (смеётся). Ах-ах-ха!  
Наташа. А мне-то как смешно было. Ну, на самом деле, скажи, где логика? Неужели есть какие то капли или очки, от которых все буквы на таблице станут нормальными?.. 
Выползень (пожал плечом). Не наю… 
Наташа. "Анти Ы" называюцо.
Выползень. Жжешь, чувих! (Пауза. Выползень снова придвигается к ней поближе) Была бы ща, типа, гитара… можно было бы, типа… попеть.
Наташа. Ага! «Лев Толстой очень любил играть на балалайке (и, конечно, детей), но не умел. Бывало, пишет роман «Война и мир», а сам думает: «Тень-дер-день-тер-тер-день-день-день». Или: «Брам-пам-дам-дарарам-пам-пам»»
Выползень (лыбится, с уважением). М-м! Хармс!.. Хармс рулит! (Пауза. Выплзень обнимает Наташу.)
Наташа. Полетели к динозаврам?
Выползень. Дафай.
Наташа. Самолет через 6 часов, я за тобой залечу.
Выползень. Окей! Я буду на крыше спать за углом.
Наташа. Постараюсь найти. Тока ты отзывайся если звать буду.
Выползень. Окей, кароч как обычна?
Наташа. А как обычна?
Выползень. Ну сначала на заправку, а потом к динозаврам.
Наташа. А ну да, канечна, канечна.
Выползень. Слушай, тебе говорили, какая ты клёвая?
Наташа (краснеет). Не помню…
Выползень. А давай… типа встречаться.
Наташа (улыбается). Ну… типа… давай. 
Выползень обнимает Наташу более нежно, тянется к ней, чтобы её поцеловать. Слышен голос.
Голос: Молодые люди, бутылочка уже не нужна?
Они, от неожиданности,  отшатываются друг от друга.
Выползень. Что?.. А!.. Нет. Нате. (Кидает бутылку, смотрит вслед собирателя бутылок.) …Птица Обломинго пролетела…
Наташа. Ага-да... 
Смотрят друг на друга влюблено, встают, уходят, обнявшись.
Картина 5.
ОТЕЦ – ВОСПИТАТЕЛЬНЫЙ ПРОЦЕСС.
Дома раздаётся телефонный звонок.
Во время всего разговора продолжается «сеанс одновременной игры» (уборки квартиры), похожий на клоунский цирковой номер – мама всё делает в темпе: везде что-то кипит, что-то наливается, что-то нарезается – процессы происходят по всей квартире, хотя периодически что-то падает, или чуть не падает, или проливается, или подхватывается на лету. 
Мама (мама, хватая трубку). Алло!.. Алло… очень плохо слышно… Алло, Лёша, это ты?.. (изловчившись, она забрасывает бельё в стиральную машину и запускает её.) А! Славик, привет. Прости, мне показалось, что это… Ну, не важно, кто мне показался... (что-то убирает в комнате.) Наташка? Гуляет… Как – почему?.. А что, она должна сидеть дома, как пришитая?.. Ей нужно дышать воздухом, общаться с себе подобными… она же не знала, что ты позвонишь сейчас… (Идёт на кухню, держа ухом трубку, что-то готовит, нарезает, бросает в кастрюльку.) Нет ещё… по дому поможет, когда придёт… Уроки? Сделает… Я запустила ребёнка?.. Она что – летающий змей?.. (Роняет горячую крышку.) А-а!.. (Суёт руку под холодную воду.) А, это в смысле, что я ею совсем не занимаюсь… А кто, если не секрет, ею занимается? Наверное, ты!.. (Идёт в ванную, подставляет под струю воды кувшин, чтобы он набирался, сама возвращается на кухню, снимает что-то кипящее с плиты.) Я в курсе, что ты купил ей куртку и сапоги… Только она ничего этого не носит… говорит, что это не её стиль, «так одеваются гламурницы», и её это бесит… Почему плохие? Я бы с удовольствием носила… жаль, не мой размерчик… (Идёт за набравшимся кувшином. Поливает цветы в другой комнате.) А ты приезжай, и хоть раз заставь её выйти в этом на улицу… Что – учёба?.. Оценки?.. Мягко скажем – не фонтан… бабушка проверяет, но без большого успеха… всё, что ты думаешь о бабушке, можешь оставить при себе… Так ёжику понятно, что я во всём виновата… (Подбирает разбросанные вещи.) А у меня в детстве вообще никто никогда уроков не проверял, и ничего – нормально училась!..  Когда же я могу это делать, если не секрет?.. Я работаю практически круглосуточно, почти без выходных… Конечно, и на личную жизнь желательно что-то выкраивать!.. Да что же это всех так волнует моя личная жизнь?.. Ну, ты то себя в этом не ограничиваешь, почему же я должна… Ой! Только не надо!.. 
«Отчего я на вид пожилая? – 
Оттого, что с тобой пожила я!» 
…Да, такое не пишется с бухты-барахты!.. Ох! О! О!.. (Звонок в дверь.) Подожди, я сейчас дверь открою… надо же, неужто Наташка вовремя… (Открывает дверь, кивает дочке на телефон.) Умничка, уже вернулась! Давай скорее, папа звонит… (В трубку.) Да, она, сейчас подойдёт, поговори с ней сам… (Передаёт трубку дочери и наконец-то делает всё то, для чего необходимы обе свободные руки.) 
Наташа. Да, пап, привет!.. Гуляла… Я сейчас всё сделаю – и уроки… и по дому… (Снимает с себя куртку, вешает на вешалку.) Папа, я не собираюсь быть бухгалтером!!.. Как ты себе это представляешь?.. Я вообще ненавижу математику и не секу в ней… Нет!!! У нашей училки я ничего спрашивать не буду… никогда… Потому что она орёт не своим голосом, что мы все кретины и дебилы!.. (Стряхивает снег с кед, косится, не видит ли мама.) Я никогда не подойду к ней – она откусит мне голову и четвертует… – по самую третью четверть… (Разувается.) Я ненавижу эту школу… ой, это жутко сложно объяснить… Просто там все живут «по понятиям», которые понятны только им. А кто не понял, того они прессуют… (Втихаря от мамы ставит промокшие кеды сушиться.) Что у меня по русскому и лит-ре?.. Тоже тройки… Потому что, папа!.. Да пойми ты! Когда мы начинаем новое произведение, наша русичка радостно сообщает: «А сейчас, первым делом давайте изучим сноски!». И мы начинаем выписывать в тетрадь все сноски и выучивать их, а потом сдаём – на оценку!.. Да, папа!.. Как я после этого могу относиться к Гоголю или Пушкину?.. Ты считаешь, что я в состоянии такое придумать?!.. Хорошо, я покажу тебе тетрадку по лит-ре, с классной работой… Непонятно, вообще, почему я ещё хоть что-то читаю… Папа!!! (Долго выслушивает, тщетно пытаясь вставить слово.)… Не понимаю, какая связь… При чём тут шмотки?.. Хорошо, можешь ничего мне не покупать! (В трубке гудки.) Бросил трубку. (Кладёт трубку.) Обиделся.
Мама (уже одетая, спешно собираясь уходить). Наташечка! (Вздыхает.) Папа тебя любит. И, слава Богу, что он о тебе волнуется и заботится. А чтобы нормально учиться, нужно хотя бы изредка делать уроки и, главное – ходить в школу! У тебя же постоянно что-нибудь «болит». Учителя уже забыли, как ты выглядишь. Как они могут поставить тебе что-то хорошее, если с трудом вспоминают твоё лицо? До конца года осталось совсем не много. Ну, сделай хоть что-нибудь... Ты мне обещала!
Наташа (с тоской в голосе). Мама, я всё понимаю. Я буду учиться. Ты видишь, я же пришла вовремя!
Мама. Да, молодец. Но пойми, тебе же придётся экзамены сдавать. Ну, нет у меня денег на взятки…
Наташа (вздыхает). Понимаю… я пошла делать уроки. Сейчас позвоню кому-нибудь, узнаю, что заданно. (Поплелась к телефону.)
Мама. Всё, пока… Я улетела. (Хлопает входная дверь.)
 
Картина 6.
У МАШИ ДОМА.
Через несколько дней, пятница. У  подружки Маши дома. Счастливая Наташа красит Маше волосы.
Маша. Ну, что, Натахер? Как у тебя с ним?
Наташа. Нормалёк… ну, мы встречаемся… Сначала говорил, что я ему жутко «типа, нравлюсь»… Только теперь он хочет ну…
Маша. Чего?
Наташа. Да, понимаешь, он тут ко мне домой приходил. А дома – никого. Ну, он давай ко мне – и так, и сяк… я тебя люблю, говорит…
Маша. А ты?
Наташа. Да я его тоже люблю, кажется… он такой классный…
Маша. Ну, и чего у вас с ним было? 
Наташа. Да всё уже почти что было… только… я боюсь, как дура…
Маша. Ой! И чего бояться!?
Наташа. Да как тебе сказать… не знаю.
Маша. Ну, а он-то чего теряется?
Наташа. А он: «Чего ты боишься? Я же, говорит, с тобой отношений хочу – серьёзных…»
Маша. Ха… А, может, он это всем подряд говорит?
Наташа. Почему?.. Я же вижу, что он меня любит…
Маша. Хм. А ты уверена?
Наташа. По крайней мере, я ему реально нравлюсь.
Маша. Так ему может, не только ты реально нравишься.
Наташа. С какого пня?.. И вообще… чего мне париться? Я всё равно не могу проверить.
Маша. Почему? Уж это – не фиг делать. Да хоть я могу позвонить со своего мобильника… как будто ошиблась номером. То-сё, попробую закадрить. Если не клюнет, значит, он на тебя запал, без вариантов.
Наташа. Хм… не знаю… с какого перепугу я должна его проверять?
Маша. Так лучше уж знать наверняка... Чего ты?.. Опять боишься?
Наташа. Да я не боюсь…
Маша. Тогда давай номер. (Наташа даёт ей свой мобильник с номером, Маша смотрит, набирает номер на своём, говорит чувственно.) Алло! Это Шурик?.. Как не Шурик?.. А кто?.. Выползень?.. Хм… а в этом что-то есть… набирала Шурика, а тут вдруг – Выползень… интересно, откуда это ты выползаешь – и куда… нет, это я так, о своём, о девичьем… Хотя, слушай, у тебя голос какой-то такой, знаешь… Какой? Сексуальный… да, прям м-м-м… (смеётся) ой-ой-ой… Да ладно тебе!.. Ну… может быть, коли не шутишь… Да?... Иди ты!.. Так что, мне твой телефон сохранить, что ли?..  Ну и ты мой сохрани… Маша… да-а-а… И когда же мы встретимся?.. Хм… а чего откладывать?.. Можно и завтра… ага… ага… метро Орехово?.. Да… пока-пока!.. (Наташа смотрит на неё ошарашено, не может ничего сказать.)
Маша (прячет мобильник). Ну, видишь. Что я говорила!
Наташа. По-моему, он просто стебётся…
Маша. Вот, завтра и проверю, как он стебётся.
Наташа. Ты что – собираешься прийти?!..
Маша. А чего! В нём что-то есть.
Наташа. Ты совсем охренела?!!
Маша. Почему охренела? С тобой-то у него уже всё ясно.
Наташа. Ни фига себе! Ты соображаешь?.. Не вздумай...
Маша. А почему? Уж проверять, так проверять!
Наташа. Если ты придёшь… я... я тебя…
Маша. Да чего ты… не парься, можем прийти вдвоём. Интересно, как он будет выкручиваться.
Наташа (уставившись в одну точку). Очень интересно.
 
2 АКТ. 
Картина 7.
СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО. СУББОТА. 
Субботнее  утро дома. Мама снова  собирается на работу.
Мама (на ходу готовит, ест, красится и делает тысячу дел одновременно). Наташечка! Иди, поешь, пока не остыло. Я уже убегаю. 
Наташа. Сейчас.
Мама. Ну, иди, я хоть посмотрю на тебя. (Раздаётся телефонный звонок.) 
Наташа (из своей комнаты). Опять! Небось, хахаль твой!
Мама (дочке в комнату). Прекрати так разговаривать! (В трубку.) Да, алло!.. Сегодня?.. к твоим друзьям на шашлыки?.. а-а-а… Нет, естественно, не смогу… Я в выходные всегда работаю… Слушай… Ну, поезжай без меня… не хочешь – оставайся… Я понимаю, что мало видимся… вечером постараюсь освободиться пораньше… перестань… ты что, как танк прёшь?.. А что я могу сделать… Это замечательно… и я хочу… что значит: «хотела бы – нашла время»?.. Чего?.. Ты с ума сошёл!.. Да нет у меня никого… Всё, не выдумывай… я опаздываю… Ты что – нарочно, поссориться хочешь?.. Ну, не знаю. Если я вообще буду жива после всего, что мне нужно сделать… Что за ультиматумы? Не хочешь – не звони. Я что тебе – руки выкручиваю?.. Ладно, всё, буду жива – доползу, и весь вечер – наш… а завтра с утра – как договаривались… Да, да звони попозже и – машину к подъезду… Ну, всё, хватит меня пугать… Меня уже нет… целую. (Дочке.) Детище! Всё уже остыло! И я убегаю.
Наташа (входит на кухню, понурая). Матерь… 
Мама. Ты чего такая? Не выспалась? (Наташа пожимает плечом.) Закрой за мной дверь, я зверски опаздываю. Будь умничкой. Веди себя прилично, по возможности.
Наташа (потягиваясь). Не знаю… обещать не могу.
Мама. Э! Хорошенькое дело! Это – неправильный ответ, птица моя… 
Наташа. Обломинго…
Мама. Что?
Наташа. Ничего, ничего, забей!
Мама (вздохнув). Ты мне это брось! Там всякая еда в холодильнике. Не сиди голодная. Всё. Выпрями спинку. Ты – красавица. (Чмокает дочку, убегает.)
Наташа смотрит на себя в зеркало, потом вдруг решительно берёт расчёску, гель, макияж, примеривается, что бы такое с собой сделать – поэффектнее.
 
Картина 8.
КОМПАНИЯ В СБОРЕ.
Маша стоит у метро, Наташи пока не видно. Наконец приходит Выползень, оглядывается по сторонам, ловит на себе заинтересованный взгляд Маши, подходит. Пока он объясняется, на заднем плане появляется Наташа, вся из себя. Видно, что она основательно поработала над своим имиджем, возможно, посвятила этому целый день. Она на некотором расстоянии наблюдает встречу Маши с Выползнем.
Выползень. Привет. А которая тут из вас Маша?
Маша. Угадай с трёх раз!
Выползень (разглядывая Машу). Варианты ответа: (каждый раз указывая на Машу.) эта, эта или… м-м-м… эта? 
Маша. Боюсь, что (задумавшись) м-м-м… эта! (Смеются.) Надо же, какой догадливый!
Маша распахивает объятия. Выползень – тоже. Маша с победным кличем кидается к нему, обнимает, целует, висит на шее. В этот момент Наташа подходит поближе. Выползень увидел её, оторопел. Маша не выпускает его из объятий.
Выползень (бессвязно лепечет). О… э… хэ-хэ… Натаха!.. Привет… ты как? 
Наташа. Да ништяк, как видишь!..
Выползень (оценивает её вид). Прикольно выглядишь. 
Наташа. Ты тоже.
Выползень. А я тут свою старую знакомую повстречал… Вот... (Показывает на Машу.)
Наташа. Да?.. Классно!.. Ну, познакомь!
Выползень. Это Маша, а это… это… это… (Не знает, как представить Маше Наташу.)
Наташа (выдержав паузу). Расслабься. Я с ней в одном классе учусь. Это моя лучшая подруга.
Выползень (ошалев). Прикольно. Так тут все свои!
Маша. Да ты не волнуйся, Натаха в курсе… (Меняет тему разговора.) Ой, я тут на празднике такую вестч купила! Обхохочетесь! (Роется в сумочке, вытаскивает игрушечные крылышки и цепляет Наташе на спину) О! Натахер! Ты – ангел!                              
Выползень. Креативно.
Наташа. Я не ангел, я – пцыца.
Выползень (улыбается). Птица Натахер. Кайфец.
Маша. Лучше – птица Натахерня! (Смеётся.)
Наташа. Нет – птица Обломинго!
Выползень. Да, ладно тебе… (Пытаясь обнять разом и Машу, и Наташу, увлекает их к лавочке в сквере.) Птицы мои, пойдём, покурим… 
Наташа (уворачивается). Боюсь, что я полетела…
Выползень. А чё так?
Наташа. Труба зовёт.
Выползень (к ней, конфиденциально). Ты чего? Обиделась, что ли? Да не дури! С тобой-то я хочу отношений, а с ней – только так – перепихнуться.
Наташа (подыгрывая ему). М-м-м?.. какая прелесть!.. Ну, ты меня успокоил!.. А я-то думала… 
Выползень. Ты только не парься. Пойдём лучше покурим. У меня классная шмаль есть. Угощаю! Здесь один подъезд есть клёвый.
Наташа. Да нет, спасибо. Что-то не хочется… (С бывалым видом.) Я колёса глотаю.
Маша (вклинивается, хватает Выползня под руку). А я – с удовольствием.
Наташа  пытается  вывернуться из его объятий.
Выползень. Ты чего, Натаха! 
Наташа. Да как тебе сказать... Ой, у меня мобильник. (Роется в кармане.)
Выползень (не отпуская её). У тебя глюки – ничего не звенело.
Наташа (отходя в сторону). У меня на вибро вызове. (Делает вид, что отвечает по мобильнику.) Да… да, Игнат!.. Да… куда?..  О!.. Клёво… Ты знаешь, наверн, ога… да… ну, давай, жди, я сейчас подвалю. (Кладёт мобильник в карман, Маше и Выползню.) Ща, ладно, мне сваливать надо. Так что покед, девчонки и мальчишки! (Уходит.)
 
Картина 9.
ДОМА, ПОСЛЕ РАЗРЫВА.
Наташа приходит домой, открывает дверь ключом, с трудом сдерживает слёзы. Видит бабушку, неожиданно вернувшуюся из санатория.
Наташа. О! Ба, ты что, уже приехала?..
Бабушка. Да, вот… Соскучилась!
Наташа (прячет глаза, старается поскорее ускользнуть). Я тоже... Ты как?
Бабушка. Да безобразие полное. Не санаторий, а наказание… А у вас-то тут всё набросано! Всё в кучу – книги, тряпки, тетради, бумажки! (Замечает, что Наташа её не слушает.) Ты чего бледная такая? Кушать хочешь?
Наташа. Нет. Ба… я очень устала… мне нужно кое-что сделать… прости, я сейчас не могу… (Закрывает дверь в свою комнату.)
Бабушка. Наташа! Ты хоть расскажи, как вы тут без меня?
Наташа (из комнаты, безуспешно пытаясь скрыть раздражение). Я сейчас не могу!
Бабушка. А может, ты всё-таки поешь?
Наташа. Я не хочу!!! Я не буду есть! Не трогай меня, пожалуйста!!! (В  своей комнате она садится за компьютер, пишет, бормочет под нос.) 
Это нормально, что сердце бьется в желудке, язык, как у эпилептика закидывается назад, и трясется только правая рука, причем за двоих?.. Наверное, что-то не так... 
Наташа некоторое время сидит без движения, потом широко открывает окно, сильно перегнувшись, смотрит вниз. Звонок мобильника, Наташа рывком закрывает окно, берёт трубку. 
Наташа. Алло!.. Маша?.. Что?.. Да, Игнат мне не звонил. Ну и что?.. А твоё какое дело?.. Да, наврала… А ты у нас мать Тереза – всегда говоришь правду, только правду, ничего, кроме правды... Кто кого запалил?.. Ничего не понимаю… не ори, ты можешь говорить нормально!?.. Я настучала ментам, что вы курили шмаль?.. Ты чё, с дубу рухнула?!.. Откуда я знаю, чего они нагрянули?.. Ну, а я при чём?.. Я – стукачка?!.. Ну, спасибо… ага…  Теперь со мной никто не будет общаться... Вообще никто… угу… Ты уже постаралась?.. Спасибо, приятно слышать… (На том конце трубку бросили, Наташа слушает гудки, отключает мобильник.)  
Тем временем Бабушка ходит и собирает по квартире бумажки, разбросанные вещи, тетрадки. Внезапно, заглянув в какую-то бумажку, она замирает, потом вчитывается в неё ошалело.
Бабушка заходит в комнату Наташи, резко открыв  дверь. Наташа вздрагивает.  
Бабушка. Наташа! Это что такое?!
Бабушка протягивает листок, Наташа заглядывает в него.
Наташа. И что?
Бабушка. Как что – тут же мат! Откуда у тебя это?
Наташа. Ой! Фигня… ба, не обращай внимания. Это мы на уроке переписывались.
Бабушка. С кем?!
Наташа. Какая разница?
Бабушка. Кто это так с тобой разговаривает? Как же можно?!! Ты же девочка! 
Наташа. Ба! Так все сейчас разговаривают! И девочки тоже!
Бабушка. Как тебе не стыдно?
Наташа. Хватит, ба! С чего ты заводишься?
Бабушка. Тебя же не уважают! Ни во что не ставят!.. И ты позволяешь так себя унижать? 
Наташа. Да… причём тут унижать?.. И чего вообще ты лезешь в мои записки? Какое твоё дело? Я же к тебе не лезу, не читаю, что тебе пишут, что ты пишешь!
Бабушка. Пожалуйста, можешь читать! Мне скрывать нечего!.. А тут и лезть никуда не нужно – оно везде валяется! И не захочешь – увидишь! Даже с моим зрением!
Наташа. А ты не читай! 
Бабушка. А ты не разбрасывай!.. И главное – не пиши никогда такую мерзость!
Наташа (кричит). Слушай, не грузи меня!! И так тошно!!!
Бабушка. Не ори на меня! Я покажу маме, как вы материтесь!
Наташа. Да показывай ты кому хочешь! Только не трогай меня!!! Отстань!!! Я ОЧЕНЬ прошу тебя!! Пожалуйста!!!
Бабушка, обидевшись, прячет в карман записку и  демонстративно уходит на кухню.
Наташа идёт в ванную, что-то достаёт из аптечки, наливает в стакан воды, возвращается к компьютеру,  рвёт и выбрасывает упаковки в мусорный пакет для бумаг, поглощает таблетки, запивая водой,  продолжает писать, проговаривая вслух. 
Наташа. Но как же я не люблю ненавидеть, как я не хочу ненавидеть… Всё и все сговорились!.. Блин! Такие все простые.  Как будто не с людьми общаешься, а… с алюминиевыми ложками!… 
 
Картина 10.
БАБУШКА, МАМА, ДОЧКА, СКОРАЯ.
Вечером, дома раздаётся звонок. 
Мама вернулась с работы. Бабушка в прихожей открывает входную дверь.
Мама. Привет!.. Мамочка! Как это ты вдруг вернулась… – одна?.. Мы бы тебя завтра встретили!
Бабушка. Да вернулась вот... это не отдых, а шут знает, что… соседка моя – храпит, как мужик, спать невозможно… Ругались с ней беспрерывно… такие вещи говорит, что… тошно слушать. 
Мама. Понятно, идейные разногласия… Ты бы хоть позвонила, сказала, мы бы за тобой приехали.
Бабушка. Ну, зачем же тебе беспокоиться?
Мама. Как ты себя чувствуешь? (Пытается обнять бабушку, та слегка отстраняется.) Отдохнула хоть чуть-чуть? 
Мама идёт на кухню, на ходу что-то откусывает, запивает.
Бабушка (идёт за ней на кухню). Да я-то ничего, что мне сделается…  
Мама. А как с Наташкой вы тут? Мирно?
Бабушка (напряжённо). Я бы не сказала.
Мама. А что такое? 
Бабушка. Я тут прибрать решила, кругом развал… Вот, полюбуйся, что я нашла среди её бумажек. (Протягивает записку). Читай!
Мама (читает). «Натахер! Я поняла – ты НатахУй! Вот. Гы-гы-гы!»… Ну… и что?
Бабушка. Как – ну и что?! Это же настоящий мат. Ты что, не понимаешь?
Мама. Мамочка, я всё понимаю… ты успокойся, они все сейчас так разговаривают.
Бабушка. Так ты считаешь, что и она должна так же?..
Мама. Да нет, конечно, не должна, но…
Звонок телефона. Бабушка смотрит неодобрительно. Мама берёт трубку.
Мама. Да… Привет… Уже?.. Я даже не знаю… Слушай, я только что ввалилась… ты не сердись, день сегодня был сложный… да, у меня каждый день что-нибудь… (уходит в прихожую)  Нет, ко мне нельзя!.. У меня мама из санатория вернулась… да, сегодня… соскучилась… Давай я хоть как-то… поем, что ли… вспомню, как меня зовут, приду в себя… а потом… не знаю… позвоню… Ладно, я очень постараюсь… Ну, чего ты с ножом к горлу?.. Дай хоть полчаса, надо же всё утрясти… Всё, жди, Лёшенька пока… Целую, целую. (Вешает трубку.)
Бабушка с запиской идёт к Маме.
Бабушка. Так ты что, собираешься это так и оставить?.. (Пытливо глядя на маму.) Что, опять… этот твой звонил? Понятно! Конечно, тебе не до ребёнка. Уроков у неё никто не проверяет. Девочка матерится, никому нет дела!.. 
Мама. Успокойся, мам, я с ней сейчас поговорю. Конечно, в этом нет ничего хорошего. Но только, ради бога, не делай из этого трагедию. (Открыв дверь в комнату, видит дочку спящей). Наташа! (слегка тормошит, дочка как-то совсем не реагирует) Наташка! Ты чего это в такую рань завалилась? Вставай, давай, я уроки проверю… и поговорить нужно… Наташ! Давай, поднимайся… хватит придуриваться… (тормошит) да что ж ты совсем…
Наташа (еле-еле). М-м-м… что?.. А…
Мама. Да что с тобой? Давай руку, я тебя подниму… ну-ка, не увиливай… (трогает её лоб)  хм… не горячий… даже, пожалуй… ты как себя чувствуешь?
Наташа. М-м-м… не знаю… м-м…
Мама. Чего ты такая? А? Наташ? (Трясёт её.  Девочка садится через силу.)
Наташа. Мама… я это… (с трудом приходя в себя, вспомнив) я таблетки выпила…
Мама. Какие таблетки? 
Наташа. Не знаю.
Мама. Зачем?
Наташа. Не знаю.
Мама (хоп – и у мамы внутри всё оборвалось). …Сколько… ты выпила?
Наташа. Не знаю.
Мама. Как не знаешь? Две? Три? Десять?
Наташа. Кажется, две…
Мама (облегчённо). Фух…
Наташа. …Две упаковки с таблетками… или три …
Мама. Как это? Ты что? Значит – двадцать штук?! Или тридцать?!!
Наташа. Я точно не помню.
Мама. Где упаковки?
Наташа. Я выбросила...
Отпускает дочку, она сонно валится на кровать, мама кидается к дочкиному столу,  видит стакан, потом – к мусорному пакету, ищет.
Мама (бабушке). Давно она заснула? 
Бабушка. Да часа три-четыре уже… (Подходит.) Ты чего ищешь?
Мама. Вот они – одна упаковка… две… все изорванные… вот, ещё упаковка, неполная… 
Бабушка. Что это за таблетки?
Мама. Шут его знает… Наташка наелась… от чего они, не знаешь?
Бабушка. Не знаю… как наелась?.. Она что – всё это выпила? Да что она – с ума сошла?!
Мама кидается к телефону, набирает 03.
Мама. Алло! У меня дочка напилась каких-то таблеток… около тридцати штук… 14 лет... да, да, ждём… Пока приедут – что делать? Промывать желудок?… А как это делать?.. Ага… Да… да… так… так… да поняла…  да, да, да… Сейчас вам продиктуют адрес… (Даёт бабушке трубку.) Продиктуй пока – как ехать… (Бабушка берёт трубку, отходит туда, где потише, диктует адрес.)
Мама хватает дочку, уволакивает её в ванну. Бабушка суетится, без особого успеха пытается помочь. 
Бабушка. Ой, да что же это такое!.. Это она…
Все, что происходит в ванной, мы слышим, но не видим или почти не видим.
Голос мамы (в ванной). Пей, пей ещё, ещё, ещё…
Голос Наташи. Я не могу больше…
Голос Мамы. Давай, ещё – и в таз всё…. Так… Ещё, ещё….
Звуки льющейся воды, вперемежку со всхлипами и подвываниями.
Бабушке становится нехорошо, она присаживается, пытается справиться с сердцем.
Звонок в дверь, Бабушка бежит открывать.
Бабушка. Проходите. Вон туда.
Медработница проходит в ванную. 
Голос Медработницы (из ванной). Что? С жизнью решила проститься? Чего она наглоталась? 
Голос Мамы. Вот.
Голос Медработницы. Покажите… Ага… Сейчас ты у меня поймёшь, как таблетки глотать. Ну-ка, давайте ведро (бабушка бежит с ведром) держи ведро, обними его руками. Мама, держите ей руки. (Маме.) Крепче. (Дочке.) Будешь сейчас кишку глотать, а я тебе воду через воронку буду вливать. 
Голос Наташи. Нет!!! 
Медработницы. Да!
Голос Наташи. Нет!!!
Голос Медработницы. Да!! Не ори. Глотай, давай! А то я с тобой не так поговорю. Держите крепче!
Мы слышим, как  ей прополаскивают внутренности, а она орёт и вырывается. А дюжая тётка-врачиха приговаривает:
Голос Медработницы. Да! Молодец! Как же! Маме подарок сделала! Не ори!!! Ну, конечно! Плохие все кругом. Мама тебя за этим рожала, мучалась? Растила, ночей не спала! Чтоб ты ей фокусы такие выделывала! 
Бабушка, тем временем, мыкается по квартире, не находя себе места. Держась за стенку, она ищет в кармане лекарство, пьёт, пытается принять такое положение, в котором легче прийти в себя. 
Медработница. Собирайтесь, мама – в больницу повезём. Страховой полис, паспорт, туалетные принадлежности.
Бабушка (вскинувшись). В больницу? А может…
Медработница (поставила точку). Не может. Где тут у вас телефон – нужно выяснить, куда везти. 
Мама (засуетилась). Сейчас, пожалуйста. 
Бабушка сидит на табуретке перед открытыми настежь дверьми комнаты, покачиваясь, ждёт  исхода происходящего.
 
Картина 11.
В МАШИНЕ СКОРОЙ.
В машине «скорой» бледно зелёная девочка лежит на носилках, на ухабах голова её подпрыгивает,  мама сидит рядом и придерживает её.
Мама. Зачем ты это сделала?
Наташа. Не знаю…
Мама. Но что случилась?!
Наташа. Они… они … (всхлипывает) все мои друзья… бесчувственные твари... И я сама не лучше... 
Мама. О-о-ох…
Наташа. И бабушка… зачем она лезет в мои записки?..
Мама. Она просто убрать хотела… всё же валяется… 
Наташа. Ну, какая ей разница, что мы друг другу пишем?..
Мама. Ей есть разница… Она любит тебя, поэтому и… 
Наташа. Я никому… никому не нужна.
Мама. А мне? А бабушке, а папе?
Наташа. Что же так бензином пахнет… 
Мама. Значит, мы для тебя – совсем… совсем ничего не… (сдерживает слёзы, но у неё не получается) – ты нас совсем-совсем не любишь?
Наташа. Давай не сейчас… мамочка прости… 
Мама (плачет). Я-то… прощаю. Теперь бы ещё… О, Господи, хоть бы… хоть бы всё обошлось!..
 
Картина 12.
ДОМА БЕЗ НЕЁ.
Дома без неё пусто и безрадостно. Все вещи лежат ошарашено, явно не врубаясь в происходящее. Звонок телефона.
Бабушка (хватает трубку). Алло!.. Нет! Её нет… Я поняла, что это Алексей… Она в больницу поехала, с дочкой… случилось… такое случилось, что никому не дай Бог!.. Слушайте, неужели вы не понимаете… что ей ребёнком нужно заниматься, а не… шашни крутить!.. Вам бы всё… Имейте же совесть, наконец, оставьте вы её в покое!.. (Бросает трубку.)
Звонок в дверь. Бабушка с перевёрнутым лицом, открывает маме дверь. У мамы в руках пакет с дочкиными вещами.
Бабушка. Ну, как?
Мама. Врач говорит… вовремя успели… опасности для жизни уже нет… 
Бабушка (эхом). …Опасности нет!  (Вздыхает с облегчением.) Нет опасности! (Присаживается.)
Мама (опускает пакет с вещами, садится неподалеку). Надо же… Оказывается, если с ней такое… то мне вообще ничего не нужно…
Бабушка. Конечно, ребёнок запущенный…
Мама. Да… мамочка, извини, я сейчас… (идёт к компьютеру) Надо же, даже не выключила… (бормоча под нос, читает).  
«Днев собсна».
Так… ага…
Почему некоторые люди так упорно заставляют себя ненавидеть. И нет больше никакого уважения к бывшей дружбе. Прости, Машка, но я не хочу тебя ненавидеть… как же я не люблю ненавидеть. Все, я так больше не могу… пойду прогуляюсь в окно...
Мама. О, господи… 18 этаж…
Бабушка (не расслышав). Что там? Снова мат?
Мама. Да нет, нет… 
Бабушка. А ещё меня ругаешь, что я записку прочла! Там и не захочешь – прочтёшь. Всё валяется… и вот такими буквами!
Мама. Сейчас, сейчас, подожди… я хочу понять, что с ней происходит… (читает). Так… 
Вот, решила выкинуться из окна, глупо не правда ли? Даж предсмертную записку написала... остановило меня дерево, растущее под моим окном, и дети, идущие из школы... я не хотела, чтобы их психику травмировало тело, насаженное на ветку дерева... постояла себе, постояла у окна и поняла, что, пожалуй, пока на это не решусь... Вместо того пошла и купила мыльные пузыри... мдям... представьте себе девочку в безразмерной куртке, вымокших кедах, с милым лицом, красными щеками, предсмертной запиской в кармане и пускающую мыЫыыЫЫыыльные пузырИиИииИИ....
 (пытается что-то сообразить) Ага… это когда?... Вчера, что ли?.. А, да, пятница… Так… ничего себе!..  Дальше… ага… а, вот… 
Да, Выползень, ога… Простите меня все… ведь я вас простила…
Тем временем Бабушка хотела пойти на кухню, но внезапно хватается за стенку, стонет.
Бабушка. А-а-а!..
Мама (замечает, что бабушке плохо). Мамочка, ты чего?
Бабушка. Да что-то у меня… нехорошо как-то… (теряет равновесие, мама подхватывает её.)
Мама. Осторожно! Пойдём, ляжешь… что с тобой? Можешь идти? Держись за меня… (ведёт бабушку к кровати) Вот так, так… держись (укладывает её.) Как ты? Плохо?.. Совсем?.. Мамочка, я скорую вызову. (Кидается к телефону, набирает 03.) Алло! Алло, скорая?..
Звук сирены, суеты, голосов. 
В пустой квартире мяукает кошка, вновь  раздаются телефонные звонки, настойчивые и продолжительные.
 
Картина 13.
ОДНА.
Ночь. Мама в квартире одна. Она выходит из кухни с телефонной трубкой в руках, в халате, уставшая, поникшая и растрёпанная, разговаривает по телефону. 
Мама. …Да, такие вот дела… (с трудом переводит дух) Ух, что-то всё на нас повалилось… Нет, нет… сейчас не надо… да, одна, одна… да нужна мне поддержка, конечно… Но… но пойми ты… Я не могу, чтобы ты сейчас был здесь… когда им так плохо… Я – как моя мама?.. В смысле?.. Когда ты с ней говорил?.. Ну, и… Она так и сказала?.. (Сдерживает слёзы) Лёша, прости… (хлюпает носом) может быть… Знаешь, наверное… наверное, она права… (всхлипывает) Я тебя тоже… только какое это сейчас имеет значение?!.. Не надо, Лёшенька, пожалуйста… всё, не приезжай больше… Н-не знаю… Наверное, совсем. (Вешает трубку, роняет голову на телефон и безутешно плачет). …Жи-и-знь про-хо-дит!.. 
 
Картина 14.
МАМА ГОВОРИТ С ДОЧКОЙ В БОЛЬНИЦЕ.
В больнице у дочки, через несколько дней после случившегося, разрешили свидание. К маме вышло долгожданное исхудавшее детище. Они поглядели друг на дружку, обнялись, заревели и засмеялись, как две дурочки.
Мама. Ну, как ты тут, маленькая моя?
Наташа. Я домой хочу.
Мама. А уж как я хочу, чтобы ты – домой…
Девочка затихла, а потом зашептала доверительно.
Наташа. Знаешь, я, когда очнулась… я долгое время на столе почему-то лежала, тут эта капельница приделана… там, где-то в соседней комнате ребёнок плачет, а рядом другой, маленький такой, лежит и говорит всё время, куда-то вообще… непонятно кому: «Маляко! Буду пить маляко!.. Картоську… буду есть картоську…». И есть хочется страшно… я лежу, смотрю в окно… И вдруг, ни с того, ни с сего… я, знаешь, поняла… а ведь жить-то – хорошо... И вообще, почему-то радостно стало… Мамочка, я поняла – какая я идиотка… Я тебя люблю. И бабушку, и папу… 
Мама. А бабушка наша в больнице…
Наташа. Что с ней?
Мама. Давление скакнуло, в общем… инсульт... 
Наташа (обалдела). Да ты что!.. Ей… сильно плохо?
Мама (вздыхает). Пока – да… рука плохо слушается и нога…
Наташа. Это она… из-за меня?
Мама. Да как тебе сказать… возможно, не без того.
Наташа. Какая же я тварь…
Мама. Ты просто дурища… Да все мы хороши…
Наташа (смотрит на маму). …Мамуля… а ты – как?
Мама. Вот так и бегаю между вами – из одной больницы в другую. И ещё… я с дядей Лёшей рассталась.
Наташа. Как? Совсем?.. А чего это ты?..
Мама. Да не складывается всё никак… И потом… вы-то мне – дороже… Без вас я совсем...
Наташа (растерянно). Мама, а ты уверена, что…
Мама. Да, да. Уверена… (Разглядывает дочку.) Детище моё… от тебя же совсем ничего не осталось. Признайся, это ты таким хитрым способом решила избавиться от задницы? 
Наташа (смеётся сквозь слёзы). Ага…
Мама. А ещё похудеть не хочешь?
Наташа. Жрать хочу, как зарезанная!
Мама. А вот фиг тебе...
Голос медсестры. Всё, мамочка, прощайтесь, ребёнку пора в палату. 
Наташа. Мама, у меня же скоро день рождения… ты меня уже заберёшь тогда?.. 
Мама. Надеюсь.
Наташа. А пирожные мои любимые купишь?
Мама (мама кивает). А как же? Ну, давай, держись, девочка моя! Пока. Чмафф! (Чмокает, дочку уводят.)
 
Картина 15.
ВЫПОЛЗЕНЬ – МАЕТА.
На том месте, где было свидание Наташи и Выползня, сидит Выползень с гитарой, подбирает аккорды, сочиняет песню, отхлёбывая пиво из бутылки. Звучат обрывки фраз.
Выползень. Поставим время на паузу… поставим время на паузу…
Раздаётся звонок, он торопится достать мобильник из кармана.
Выползень. Алло!.. (разочарованно) да, я… слушай, Маша, отвали от меня… (раздражённо) по кочану!.. Не твоё дело. Не звони мне больше... Достала! 
Отключает мобильник, продолжает сочинять песню.
Выползень. Убитое время… и мне так никогда не… и мне… так никогда не будет… Нет, не так… Только эхо… нет… И захлопнуто небо… и захлопнуто небо над нами…
Голос: Молодой человек, бутылочка уже не нужна?
Он вздрагивает, от неожиданности.
Выползень. Что?... А!… Нет. Нате. (Кидает бутылку, смотрит вслед собирателя бутылок.) …Птица Обломинго…
Встаёт, берёт гитару, уходит.
 
Картина 16.
ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ.
Мама и девочка возвращаются из больницы домой, с вещами, раздеваются в прихожей.
Мама. Ну, вот мы и дома. Ты как?
Наташа. Как-то пусто без бабушки…
Мама. Ничего, ей уже лучше, завтра съездим в больницу, навестим её.
Наташа. Кайф. (Оглядывается по сторонам, смотрит на маму.) Мать! А ты знаешь, как хорошо быть счастливой? 
Мама. Да откуда мне?!..
Наташа. Ты не знаешь! А я знаю!!! БгЫг. А мой день рождения мы сегодня отметим? 
Направляются на кухню.
Мама (идёт за ней). А как же! Ты ведь, считай, родилась заново. Видала, какие я пирожные купила?
Наташа. Ух, ты, какие красавцы! (Облизывается.)  Можно, схвачу одно?
Мама. Подожди…
Наташа. Ну, ужасно хочется!
Мама. Сейчас всё сделаю, и сядем по-человечески.
Мама готовит, накрывает на стол. 
Наташа. Ма, я возьму пока твой мобильник, а то мой разрядился. (Набирает бабушкин номер) Ба!.. ты как там? Уже лучше… прикольно… (громче) Я говорю – ты молодец!.. Да, мы с мамой завтра к тебе приедем… а потом, хочешь, я твою статью на компе наберу?.. (погромче) я говорю: статью твою наберу на компьютере… да не, это быстро, не парься… да, спасибо… сейчас будем праздновать… вдвоём… Нет, дяди Лёши не будет… мама с ним рассталась… (мама что-то роняет с грохотом, начинает подбирать)… Не слышно ничего, тут мать грохочет… (мама не успела и глазом моргнуть, как дочка хватает самое большое и красивое пирожное с кремом, тащит его  к себе, говорит по телефону и одновременно заново обживает свою комнату, садится за компьютер) Чего ты говоришь?.. а?.. Рассталась-то?.. Это… ну, чтобы нам с тобой удовольствие доставить… Мне?.. Да не знаю, как-то не особо… Ты думаешь?.. Хм, прикольно… (громче) Я говорю – интересная мысля!.. не, ты чё – серьёзно?.. Так ты же всегда была против… Ну, у тебя виражи!.. Ладно!.. Ладно!.. Уломала, ща, позвоню… Целую, ба... Ты – гений! До завтра. (Отключает мобильник.)  
Мама (из кухни). Детище! Опять пирожное потащила – свинство у себя устраивать? Иди лучше, помоги мне салат зарезать!
Наташа (в кухню). Ты что, изверг? Пусть живёт!.. Ладно, мамуля, я сейчас. (Быстро набирает номер на мобильнике, говорит потихоньку). Алло!.. Нет, это не она… Дядь Лёша, это Наташа… да… нет, не пугайтесь, с ней всё нормально, она там, на кухне копошится… Со мной тоже всё путём – вернулась вот… Я это… короче, у меня сегодня день рождения, так я вас приглашаю… Нет, мама не в курсе… Так это же мой день рождения. Имею право… Ага… ждём… (Отключает мобильник).  
Мама (из кухни). Ну, куда ты ускакала? Иди помогать матери!
Наташа. Иду.
Наташа, с пирожным в руке, идёт на кухню, попутно примериваясь, с какой бы стороны повкуснее откусить пирожное. В этот момент раздаётся звонок в дверь. 
Мама (из кухни). Это ещё кто? Ты что, ждёшь кого-то?
Наташа, направляется к двери в прихожей.
Наташа. Хм… (маме) Вообще-то, да…(себе под нос) но какая скорость!.. Аж завидки берут…
Наташа открывает дверь. В дверях – Маша.
Наташа смотрит на Машу, как будто видит её впервые.
Маша. Зорово, Натахер! Поздравляю тебя! 
Пауза. 
Наташа. И я тебя! (Внезапно, сама того не ожидая, Наташа, легко и свободно размахнувшись, размазывает пирожное по лицу Маши. Пауза.). Хм-м. (Задумчиво.) Креативный макияжик! (Маша, вся в креме, то ли  отплёвывается, то ли облизывается.) Ну, как? Вкусно?
Маша (обалдело). Очень…
Наташа. Вот и хорошо! (Захлопывает перед Машей дверь.) 
Мама (из кухни). Это кто приходил?
Наташа. Маша.
Мама выходит в прихожую. Наташа стоит с измазанными кремом руками.
Мама. Ой! Что это?
Наташа. Прости, мамуля… так получилось.
Мама недоуменно смотрит на Наташу. Звонит мобильник. Мама берёт его.
Мама (в трубку). Алло!.. Лёшка!..  (Спохватившись, косится на дочку.) …Ты… чего?.. На день рождения?.. Но… Официальное приглашение? От кого?.. От Наташки?!!.. (Не веря своим ушам, смотрит на дочь, та молча кивает.) Но… Какое шампанское покупать?.. Ну… полусладкое, конечно… Почему «полу»?.. А это – чтобы и сладко, и в то же время – чтоб «не слиплось»… Да! Ждём! (Отключает мобильник). Ты что, правда его пригласила?
Наташа. Ага. 
Мама. А… с чего это ты вдруг?
Наташа. Ну… если верить тебе, то… «жизнь проходит»!
Мама (глядит на дочку, глупо улыбаясь). Не-а, не верь… Она, наоборот –  всё приходит и приходит!   
Занавес.
 
© Егорова И., Жукова Н. Все права защищены.

К оглавлению...

Загрузка комментариев...

Долгопрудный (0)
Долгопрудный (0)
Малоярославец, дер. Радищево (0)
Верхняя Масловка (0)
Долгопрудный (0)
Москва, Проезд Черепановых (0)
Верхняя Масловка (0)
Старик (1)
Поморский берег Белого моря (0)
Беломорск (0)

 

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru  

 
 
RadioCMS    InstantCMS